Триллион рублей Промсвязьбанку, которых, как известно, нет и нам нужно держаться

Сообщения о санации Промсвязьбанка, вливании в него очередного триллиона рублей, которых, как известно, нет, и нам нужно держаться, сегодня слегка всколыхнули СМИ дополнительной деталью: теперь этим банком будет управлять сын Фрадкова Пётр, а банк рассматривается как

«опорный» для гособоронзаказа.

Естественно, смерды по своей рабской сущности уже посмели усомниться в способностях очередного талантливого отпрыска, но в реальности, конечно, речь идет не только и не столько о персональной кормушке, хотя она, безусловно, идет в качестве бонуса.

Речь идет о том, что в условиях сокращающегося кормового ресурса мафиозные кланы перераспределяют своё влияние вокруг потоков, которые еще не захвачены наиболее влиятельными группировками вроде личных друзей президента. Силовики клином идут в финансовую сферу, перехватывая главный ресурс: бюджетный поток. И поколение успешных детей нынешних небожителей расставляется на руслах самых полноводных бюджетных рек, которые, увы, быстро иссыхают, что неизбежно поставит вопрос о реальной элитной войне, и скоро. А война — это всегда соревнование организационных возможностей и ресурсов. Оргвозможности в аппаратном смысле — это близость к центрам принятия решений и способность на них влиять. Эту важную работу осуществляют родители. Ну, а контроль над ресурсной частью доверен детям (кому, как не им, можно доверить столь важную работу?)

То, что силовики захватывают в качестве ресурсной базы финансовые учреждения, становится трендом. Сын Патрушева руководит Россельхозбанком, под Грефом в должности вице-президента сидит сын Иванова, теперь Фрадков перехватывает оборонные деньги, а в свете авантюрной политики Путина и выделения все больших ресурсов на войну такой банк — это очень серьезная заявка.

Строго говоря, у элитных войн есть одна неприятная особенность. Не только у нас, а везде. В элиту чрезвычайно сложно попасть (во всяком случае, в мирное и спокойное время), но выйти из нее вообще невозможно. Ни у одной элиты нет механизма выхода из нее. Выход — это всегда смерть. В физическом или ином смысле. Сам факт начала элитных войн на выбывание говорит о полной катастрофе режима и всегда (подчеркну — всегда) ведет к истреблению большей части элиты и созданию условий для появления новой. Это билет в один конец, и ни у кого нет ни малейших гарантий, что он сумеет остаться в вагоне. Собственно, поэтому настоящие элитные войны проводятся очень быстро, предельно жестко и с использованием сразу всех максимально доступных возможностей. По сути, это ядерная война в ее классическом сценарии — предельно быстро и максимально мощно. Именно поэтому элитная война всегда готовится долго, решение о ее запуске дается всегда исключительно трудно, ни малейшей жалости и гуманизму к противнику в ней нет места.

То, что сегодня у нас выдается за элитные войны и схватки — это пока лишь прокси-войны на избиение челяди и обслуги. Настоящая элита (при всей условности этого понятия применимо к России, но в конце концов, никто ведь не возражает, что в воровской среде есть своя элита, почему бы не применить это понятие и к государственной мафии Путина), в общем, настоящая элита пока в боях напрямую не участвует. Она готовит позиции и захватывает плацдармы на территории противника.

Расстановка второго поколения реальных владельцев России — это как раз захват плацдармов и рытье окопов. Уже ни у кого нет сомнений в том, что скоро полетят ракеты, поэтому каждый надеется собрать максимально возможный ресурс в свои руки, чтобы просто выжить в этой войне и остаться в обойме.

Элитные войны заканчиваются тогда, когда одна ее антагонистичная часть будет полностью дезинтегрирована — то есть, лишена организационных возможностей и ресурсной базы. Тогда (и только тогда) к оставшимся выжившим можно будет даже проявить гуманизм. Сразу же начнет формироваться новая элита, формируемая из выживших представителей старой и преимущественно её обслуги, проявившей себя в боях. Иногда во власть попадают бывшие холуи и конюшие противника (скажем, в сталинской Советской России тот же Вышинский был как раз из числа вовремя переметнувшихся вражеских подручных — и ничего, прекрасно себя в итоге чувствовал, хотя и никогда не был на первых ролях). И, естественно, формируется новая система власти и управления и даже (возможно) существенно меняется система взаимоотношений власть-собственность.

Уже поэтому путинский режим даже чисто эмпирически можно признать безнадежным: все признаки подготовки к его силовой трансформации налицо, неясны, конечно, лишь сроки и текущие сценарные планы. Другой вопрос, что чисто элитный переворот почти ничего не меняет во взаимоотношениях между властью и обществом. Такая трансформация «сверху» не происходит никогда. Формация всегда меняется только через революцию снизу или комбинированный процесс, в котором участвуют как представители элиты, так и контрэлиты и народных лидеров. Советская Россия возникла как раз в результате такой комбинации, оказавшись гораздо более структурной (то есть, более сответствующей существующим вызовам), чем возникшая конструкция февралистского Временного правительства.

По всей видимости, в современной России тоже возможен подобный сценарий. Элитная война запустит и неизбежно приведёт к элитному перевороту, в ходе которого будет истреблена (физически или политически) большая часть сегодняшней правящей мафиозной элиты страны. Подготовку к этой войне мы и наблюдаем сегодня, хотя по большей части фрагментарно и скорее догадываясь, чем понимая происходящее. Однако если в ходе войны возникнет устойчивая оранизационная структура, представленная народными лидерами (а народ — это очень мощный ресурс любой войны, управлять которым в период хаоса «традиционная» элита, как правило не способна. Этот ресурс сопоставим или даже может превзойти имеющиеся у элиты финансовые и материальные возможности. Скажем, волонтерское движение во время госпереворота и начала гражданской войны на Украине в 14 году — причем с обеих сторон — было сопоставимо по своим возможностям с любым другим ресурсом этих процессов. Грамотно выстроенный «краудфандинг» под воодушевляющую идею способен превзойти любые «военторги» и банковские ресурсы элиты — хотя и на коротком промежутке времени), в общем, если такие лидеры возникнут — тогда возможен и комбинированный вариант продолжения элитной войны, который сможет привести к смене существующей в России уголовно-сословной формации.

Из любого положения всегда есть выход, а иногда и не один. Безнадежность, которую генерирует мертвечина путинского режима, никого не должна обманывать. То, что уже происходит у нас на глазах — свидетельство его агонии, правда, повторюсь, она может быть достаточно долгой и непростой. Но сценарий у таких агоний, к счастью, всегда один и тот же (с поправками на местные и временные особенности). А потому всегда можно понять, где именно мы находимся в этом сценарии и что там в следующем акте.

 

Источник

Roman Administrator
Автор еще не заполнил данные о себе.
follow me

Добавить комментарий

Получайте важные новости на e-mail

Спасибо, подписка оформлена!